В Китае продолжалась «культурная революция». Отношения между КПСС и КПК были разорваны. Обе компартии обвиняли друг друга в «предательстве интересов пролетариата» и измене идеалам коммунизма, ревизионизме, догматизме и сектантстве. Китайская официальная печать и руководители КНР продолжали оспаривать законность погранично-территориального размежевания между Китаем и Россией, по сути дела требуя передачи КНР части территорий СССР. Особую остроту приобрел вопрос о границе по рекам Амур и Уссури, которые имели статус пограничных артерий, поскольку они разделяли на довольно протяженном участке государственные территории СССР и КНР. Граница была проведена не по середине главного фарватера, а по китайскому берегу реки. «Спорными» оказывались бы около 600 речных островов. С середины 1967 г. советские пограничники стали патрулировать не только речные острова, но и китайские берега рек Амур и. В марте 1969 г. на острове Даманском произошли кровавые вооруженные столкновения со многими. Советско-китайская война могла стать реальностью. Сценарии нападения со стороны Китая на дальневосточные районы СССР серьезно анализировались в Москве. Предусматривался, возможно, и превентивный ядерный удар. США сочли необходимым удержать Москву от ее предполагаемых опасных намерений. Ситуация стала еще более напряженной. США фактически выступили в защиту Китая. Реакция США в целом отрезвляюще подействовала на обе стороны. 11 сентября 1969 г. в пекинском аэропорту состоялась на встрече А.Н.Косыгина с премьером Госсовета КНР Чжоу Эньлаем достигнута договоренность о начале советско-китайских переговоров по пограничным вопросам в октябре 1969 г. Советско-китайские отношения остались враждебными, но кульминация противостояния была пройдена, а угроза конфликта СССР с КНР – уменьшена. Становление «треугольных» отношений СССР, США и КНР. На протяжении 1978 г. Вашингтон устранил препятствия для установления дипломатических отношений с КНР. С Тайваня были выведены американские войска, официальные отношения с Тайбэем были преобразованы в неофициальные, и американская администрация заявила о намерении денонсировать американо-тайваньский договор 1954 г. В январе 1979 г. установлены дипотношения между двумя странами. Китайско-вьетнамский конфликт произвел отрезвляющее воздействие на причастные к нему стороны. Дипломатически США отмежевались от КНР, хотя дали понять, что выступили бы против вмешательства Советского Союза в конфликт, если бы такие намерения у него возникли. Хотя военное вмешательство Вьетнама в Камбодже было осуждено, нападение Китая на Вьетнам тоже не вызвало сочувствия к действиям Пекина. Ситуация показала, что союз КНР с США вряд ли возможен. В Вашингтоне возникли опасения быть втянутым из-за КНР в конфликт с СССР подобно тому, как в 50-х годах СССР чуть было не был вовлечен из-за Китая в конфликт с США. Республиканцы резко критиковали Дж.Картера за его китайскую политику. С весны 1978 г. усилилось влияние на американскую политику З.Бжезинского, выступавшего за использование советско-китайской напряженности для отвлечения внимания Москвы от событий в Польше. Отношения между СССР, США и КНР отличались острой конкурентностью. В 1979 г. США и КНР создали в Синьцзяне центры электронного слежения за ядерными полигонами СССР в МНР. Вторжение СССР в Афганистан в декабре 1979 г. сорвало планы по улучшению отношений с КНР.

Начало и развитие пограничной конфронтации между СССР-КНР в 1949-1969гг.

К моменту образования Китайской Народной Республики вопрос о линии прохождения границы между СССР и Китаем на официальном уровне не ставился. В соответствии с договором о дружбе союзе, взаимной помощи (1950г.) советско-китайская граница до начала ревизии двусторонних отношений была границей добрососедства, где между населением пограничных районов поддерживались активные связи, велась оживленная торговля, был налажен культурный обмен. Были заключены соглашения о сотрудничестве в целом ряде пограничных областей, среди которых "Соглашение о порядке плавания по пограничным рекам Амур, Уссури, Аргунь, Сунгача, и оз. Ханка и об установлении судоходной обстановки на этих водных путях" (1951г.), о лесоводстве, о совместной борьбе с лесными пожарами в пограничных районах и т.д. В рамках этих соглашений фактически охраняемая линия границы сомнению не подвергалась.
В начале 50-х гг. СССР передал КНР топографические карты с обозначением всей линии границы. С китайской стороны каких-либо замечаний по поводу линии проведения границы не последовало. В годы, когда советско-китайские отношения находились на подъеме, а экономическое становление и безопасность Китая в немалой степени зависли от СССР, вопросы границы на официальном уровне не поднимались.
Но уже со второй половины 50-х гг. начали появляться трудности во взаимоотношениях СССР и КНР. В 1957г. под девизом маоистской кампании "пусть расцветает сто цветов, и соперничают сто школ" звучало недовольство политикой СССР в отношении Китая, в том числе в форме претензий на определенные участки, находившиеся под юрисдикцией СССР. Интересен тот факт, что в целом позиции кругов, мнение которых расходилось с официальной политикой КПК, подверглись существенной критике, но их видение территориально-пограничной проблемы затронуто не было.
Еще одним свидетельством наличия расхождений в пограничном вопросе стала, так называемая, "картографическая агрессия", проводившаяся уже в 50-х гг. В картах, учебниках и атласах в границы Китая входят территории, находящиеся под фактической юрисдикцией СССР и других стран. В "Атласе провинций КНР", который вышел в Пекине в 1953 г. как китайские территории были обозначены участок на Памире и несколько районов на восточном участке, в том числе два острова у Хабаровска.
В 1956-1959гг. учащаются случаи нарушения границы китайскими гражданами, но тогда эти вопросы решались успешно на уровне местных властей. Общий тон двусторонних отношений оставался благожелательным.
В середине 50-х гг. СССР предложил Китаю урегулировать пограничные вопросы. Однако в связи с событиями в Польше и Венгрии эта инициатива не получила развития.
До 1960 г. вопрос о границе на межгосударственном уровне больше не поднимался. Однако в момент, когда вопрос о советско-китайской границе вновь встал на повестку дня, отношения двух стран уже не носили столь гладкий характер. В конце 50-х, начале 60-х гг. возникает целый ряд предпосылок для ухудшения отношений СССР и Китая.
Односторонние военно-политические акции Китая, совершенные без консультаций с СССР, ставили Советский Союз как союзника КНР в весьма сложное положение. К таким действиям в первую очередь можно отнести провокацию в отношении Индии (1959г) и инцидент в тайваньском проливе (1958). В этот же период усиливается стремление Китая обрести лидирующее место в международном коммунистическом и рабочем движении, а также избавиться от опеки КПСС.
К тому же, начиная с ХХ съезда КПСС (1956) между двумя странами стали нарастать и идеологические расхождения. Позднее, на их основе КПК обвинила КПСС в ревизионизме и реставрации капиталистических отношений. Негативно китайским руководством было воспринято осуждение культа личности Сталина. Личная неприязнь между Хрущевым Н.С. и Мао Цзэдуном тоже сыграла свою роль в ухудшении двусторонних отношений.
Некоторыми зарубежными авторами отмечается недовольство китайского руководства советским влиянием в Манчжурии и особенно в Синьцзяне.
Напомним, что одним из первых результатов разгорающегося конфликта между КПСС и КПК стал неожиданный отзыв советских специалистов из Китая в 1960 г. Почти одновременно произошел первый эпизод на границе, который показал наличие разногласий между СССР и Китаем в вопросе о линии прохождения границы и принадлежности тех или иных участков. Речь идет об инциденте 1960 г., когда китайские скотоводы производили выпас скота на территории находящейся под советской юрисдикцией, в районе перевала Буз-Айгыр в Киргизии. Когда прибыли советские пограничники пастухи заявили, что находятся на территории Китайской Народной Республики. Позже выяснилось, что они действовали по директиве властей своей провинции.
По этому поводу министерства иностранных дел Китая и СССР направили друг другу несколько нот и сделали устные заявления, в которых впервые со времени образования КНР на официальном, дипломатическом уровне обнаружилось различное понимание линии прохождения границы с Советским Союзом. Стороны так и не пришли к согласию, но в 1960 г. на пресс конференции в Катманду Чжоу Эньлай на вопрос о наличии не установленных участков на советско-китайской границе ответил следующее: "На картах есть незначительные расхождения… мирно решить очень легко".
Тем не менее, с осени 1960 г. начались систематические выходы китайских граждан на острова на пограничных реках Дальнего Востока, находящиеся под советским контролем, с целью ведения хозяйственной деятельности (покос травы, сбор хвороста). Советским пограничникам они заявляли, что находятся на китайской территории. Изменилась реакция советских пограничников на инциденты. Если ранее они игнорировали промыслы китайских крестьян на ряде территорий, находящихся под советской юрисдикцией, то, начиная с 1960 г. старались пресекать нарушения. Следует отметить, что в ходе демаркации границы в 80-90-е гг. большинство этих островов, в том числе о. Даманский, на законных основаниях перешли к КНР.
В сложившейся обстановке Президиум ЦК КПСС принял решение о создании межведомственной комиссии из специалистов МИД, КГБ и Министерства Обороны, в задачу которой входило подбор и изучение договорных актов по границе с КНР. Комиссия выявила 13 участков, где на картах сторон имелись расхождения и 12, где не было проведено распределение островов.
Сама пограничная линия не имела четкого обозначения на местности, т.к. из 141 погран знака в первоначальном виде сохранилось 40, в разрушенном состоянии находились 77, 24 отсутствовали вообще. Также отмечалось, что описание границы в договорных актах часто носит общий характер, а многие договорные карты составлены в мелком масштабе на примитивном уровне. В целом, по заключению комиссии отмечалось, что вся пограничная линия с КНР, кроме участка на Памире южнее перевала Уз-Бель, определена договорами. В случае проведения пограничных переговоров комиссия предлагала проводить границу не по берегам рек, а по линии середины главного фарватера на судоходных реках и по линии середины реки на несудоходных реках, а не как она была обозначена красной линией на карте, приложенной к Пекинскому договору, по которой граница шла по китайскому берегу. Узнать судьбу поможет гадание на картах Таро, доступное онлайн на сайте gadanieonlinetaro.ru.
Систематические нарушения китайскими гражданами охраняемой линии границы в 1960-х годах и демонстративное ведение хозяйственной деятельности, вероятно, имели целью закрепить на практике, так называемое, "существующее положение". Причем статистика нарушений показывала, что с 1960 по 1964 годы их количество быстро росло, а во второй половине 60-х инциденты стали носить более острый характер.
Таким образом, в 1960 г. количество нарушений было около 100, в 1962 уже около 5 тыс. В 1963 более 100 тыс. китайских гражданских и военных приняли участие в незаконном пересечении советско-китайской границе.
В условиях ухудшения обстановки на советско-китайской границе не прекращался обмен нотами и устными заявлениями, в которых стороны постоянно обвиняли друг друга. Советская сторона выражала свое недовольство по поводу нарушения китайскими гражданами границы, в китайских документах, как правило, говорилось, что советские пограничники не допускают ведения хозяйственной деятельности, там, где она велась ранее или заявляли о принадлежности того или иного участка к территории к КНР. Несмотря, на рост количества инцидентов на границы, до широкой огласки дело не доводилось. Отношения Советского Союза и Китая пока что, тоже не перешли от полемики к открытой конфронтации. Об этом говорят обзоры китайской и советской центральной прессы за 1962-1963 гг.
В 1963 г. стороны условились провести консультации по уточнению пограничной линии. Они начались 25 февраля 1964г. Переговоры проводились на уровне заместителей министров иностранных дел. Во главе советской делегации стоял генерал-полковником Зырянов П.И., командующий погранвойсками страны. Китайскую делегацию возглавлял и.о. заведующего отделом МИД КНР Цзэн Юнцюань. Переговоры продолжались до 22 августа того же года. В ходе встречи выявились различные подходы сторон к проблеме пограничного урегулирования.
Китайская позиция на переговорах сводилась к трем пунктам, на которых неизменно настаивала китайская сторона:

• Основой для переговоров должны служить только договоры.
• На переговорах должна быть рассмотрена вся граница, а не только ее отдельные участки.
• В результате переговоров должен быть заключен новый договор со ссылкой на существующие договоры, которые следует квалифицировать как неравноправные.

Советские пограничники готовятся к вытеснению китайских нарушителей. Январь 1969г.

Китайцы довольно остро отреагировали на тактику подобного рода. Ими выражалось недоумение по поводу того, как определялась историческая линия границы: "Что вы подразумеваете под исторически сложившейся пограничной линией? Имеете ли вы в виду линию сложившуюся в ХУ11 или ХУ111 веке, или же линию сложившуюся за минуту до вашего выступления?". Глава китайской делегации Цзэн Юнцюань так прокомментировал ее: "На тех участках, где вы не перешли определенной договорами пограничной линии, вы, видимо, не будете возражать против того, чтобы действовать в соответствии с договорами, а на тех участках, где вы перешли определенную договорами пограничную линию, вы будете настаивать на том, чтобы вопрос разрешался в соответствии с "фактически охраняемой линией". По его же словам "фактически охраняемая, исторически сложившаяся линия границы" появилась, когда на границе Китая и СССР было не многим более 200 пограничников КНР и советская сторона посылала войска куда заблагорассудится.
При этом китайская сторона делала акцент на том, что, отказываясь от "большого реестра" должна вернуть обратно, то, что было "захвачено" Россией и Советским Союзом сверх него. Звучало это следующим образом: "Вы должны знать, что мы не требуем от вас отказаться от 1540 тыс. кв. км китайской территории, отторгнутой царской Россией. Мы проявили максимум великодушия и доброй воли. Помимо этой отторгнутой от Китая территории, вам никак не удастся больше захватить ни пяди китайской территории".
Китайская сторона, к тому же, настаивала на признании русско-китайских договоров, определявших границу неравноправными. Указывалось, что эти договора были заключены в период слабости Китая и по их итогам было отвергнуто более 1500 тыс. кв. км. китайской территории в пользу России, в том числе 1 млн. кв. км. в Приморье и Приамурье и 0,5 млн. кв. км. в Средней Азии. Так, по Айгуньскому договору к России перешло 600 тыс. кв. км., по Пекинскому 400 тыс. кв. км., по Чугучакскому более 440 тыс. кв. км., по Петербургскому более 70 тыс. кв. км. Китайская сторона также настаивала на том, что в 1920-е гг. Советская Россия отказалась от всех неравноправных договоров, а поскольку договора о границе с Россией рассматривались в КНР именно как неравноправные, то китайская делегация не раз заявляла, что вправе признать их ничтожность.
При этом оговаривалось, что признание договоров неравноправными не приведет к новым территориальным притязаниям. Однако советские эксперты увидели в таком предложении ловушку. Китайцами не раз подчеркивалось, что хотя договоры и носят неравноправный характер, но, учитывая характер отношений между социалистическими государствами, Китай не станет требовать возврата этих земель, а лишь добивается признания "неравноправности" русско-китайских договоров. Проблема заключалось в том, что Китай мог в будущем объявить Советский Союз несоциалистическим государством, что через некоторое время и произошло, и поэтому признать договоры ничтожными и, таким образом, поднять вопрос о принадлежности 1500 тыс. кв. км.
По вопросу о "неравноправности" русско-китайских договоров, обе делегации неоднократно втягивались в неоправданную полемику, что отнимало много времени и не приносило практических результатов. Закономерно, что в итоге советская сторона отвергла этот пункт.
Тем не менее, базой для переговоров китайцы готовы были признать русско-китайские договоры Х1Х века. Но при этом они утверждали, что Советский Союз не соблюдает и эти договора и "вгрызается" в китайскую территорию.
Китайская сторона настаивала на том, чтобы Советский Союз признал спорные районы, и требовала по их обозначении вывести оттуда войска, в том числе и пограничные. Общая площадь "спорных районов" составляла примерно 40 тыс. кв. км., в т.ч. 28 тыс. кв. км. на Памире. Суммарная длинна «спорных» участков пограничной линии превышала половину длины границы СССР и КНР и в основном проходила по рекам Амур и Уссури. Представители СССР утверждали, что речь может идти лишь об уточнении линии прохождения границы (демаркации) на некоторых участках и не признавали наличия "спорных районов".
В ходе переговоров была возможность достигнуть определенного компромисса по восточному участку границы, протяженностью в 4200 км., но за исключением вопроса двух островов (Большой Уссурийский и Тарабаров). В апреле 1964 г. стороны обменялись топографическими картами с обозначением своего понимания линии границы и создали рабочую группу, после чего приступили непосредственно к рассмотрению линии границы. В результате изучения китайских карт и сопоставления их с советскими было установлено, что в нанесении линии границы на этих картах имеются расхождения на 22 участках, из которых 17 расположены на западной части советско-китайской границы (ныне среднеазиатские республики бывшего СССР) и 5 участков - на восточной части границы. Эти участки примерно совпадали с участками, которые указывала в своей записке межведомственная комиссия 1960 г. На китайских картах были обозначены еще 3 участка, которые в материалах комиссии не фигурировали, в том числе довольно большой участок в районе перевала Бедель (Киргизия), а также острова у Хабаровска. Наибольшие расхождения были выявлены по Памирскому участку.
По итогам рассмотрения карт в Москве был сделан вывод о возможности проведения переговоров не по отдельным участкам, как это предполагалось ранее, а по всей границе, как настаивала китайская делегация. Такой подход стал возможен, поскольку на большей части протяжения пограничной линии жизненно важных расхождений граница не имела. По наиболее протяженной линии, требовавшей уточнения – речная граница на Дальнем Востоке, у сторон было одинаковое понимание того, что граница должна была проходить по главному фарватеру. В связи с этим делегации было дано дополнительное указание подтвердить линию прохождения границы на участках, где стороны понимают ее одинаково. В рамках такого подхода стороны смогли придти к взаимопониманию по всему восточному участку границы, за исключением вопроса о протоке Казакевичева.
Когда советской делегацией было предложено зафиксировать результаты уточнения границы на восточном участке, оставляя на потом решение вопроса о протоке Казакевичева, китайская сторона была согласна на такой вариант. Однако в данном вопросе принципиальность проявило советское руководство. Генеральный секретарь ЦК КПСС Н.С. Хрущев, настаивал на позиции "либо все, либо ничего".
Не способствовало достижению согласия и заявление Мао, прозвучавшее во время переговоров в открытой печати о территориальном реестре в 1,5 млн. кв. км.
В результате консультаций никаких договоренностей достигнуто не было. После их окончания, которые так и не продолжились, пограничные инциденты возобновились. С октября 1964г. по март 1965г. советско-китайская граница нарушалась 36 раз с участием 150 китайских гражданских лиц и военнослужащих, а за 15 дней апреля 1965г. граница нарушалась 12 раз с участием более 500 китайских гражданских и военнослужащих. Число нарушений советско-китайской границы в 1967г. отмечалось примерно 2 тыс. раз. В разгар культурной революции 1966-1969 китайские пограничники и отряды хунвэйбинов таранили советские сторожевые суда, пытались захватить патрули, устраивали драки с советскими пограничниками.
По некоторым китайским данным, с 15 октября 1964 г. по 15 марта 1969 г. количество пограничных конфликтов составило 4189 случаев. При этом, нарушения границы с китайской стороны носили, как правило, провокационный и хорошо организованный характер. Китайские лидеры открыто заявляли о возможности начала военных действий. В китайской прессе продолжалась критика советского руководства. Нападкам подвергалась вся внутренняя и внешняя политика Советского Союза, которая определялась как политика ревизионизма, гегемонизма и социал-империализма, ставилась в один ряд с американским империализмом. Любые действия СССР на международной арене, освещенные в китайской прессе, подвергался серии жестких нападок, и рассматривались как враждебные КНР.
Напряженность усиливалась еще и потому, что ряд островов на реке Уссури, находившихся на китайской стороне главного фарватера были под фактическим контролем советских пограничных войск, а китайская сторона, утверждая их принадлежность к КНР, обозначала на них свое присутствие демонстративным ведением хозяйственной деятельности и присутствием там своих пограничных патрулей. Советская сторона довольно часто мотивировала свое присутствие на китайской стороне фарватера наличием "красной линии" на карте Пекинского договоров о границе 1860 г., где она обозначала линию прохождения границы и на речных участках и шла по китайскому берегу. К тому же, пока не было достигнуто официальной договоренности и не была произведена делимитация, СССР продолжал распространять свою юрисдикцию на "исторически сложившуюся и фактически охраняемую" линию границы
Вообще, с началом культурной революции отношения двух государств приобрели характер, редко встречавшийся до этого в практике международных отношений. Провокации против СССР случались не только на границе. Имели место незаконные задержания советских судов гражданских судов "Свирск" и "Комсомолец Украины", провокации китайских граждан на Красной площади и у американского посольства в Москве, а также у советского посольства в Пекине.
В сравнении с 50-ми годами двумя существенными особенностями обстановки на границе в 60-х гг. стали, во-первых, военное строительство, во-вторых, непрекращающиеся инциденты.
Пиком конфронтации стал 1969г. Начиная со 2 марта на реке Уссури на острове Даманский (Чжэньбаодао) происходили столкновения между советскими пограничниками и китайскими военнослужащими. До этого столкновения советских и китайских пограничников также имели место, однако, они редко переходили пределы рукопашного боя и не приводили к человеческим жертвам. Но в ходе боёв 2 марта 31 советский пограничник погиб, а 14 человек получили ранения. С китайской стороны в данной акции приняло участие приблизительно 300 человек. Имело место применение артиллерии и минометов, а также крупнокалиберных пулеметов и противотанковых орудий. Китайские вооруженные силы также понесли большие потери. Боевые действия продолжились 14-15 марта. Только после применения советской стороной систем залпового огня "Град", которые накрыли китайскую территорию на 20 кв. км. в глубину и нанесли серьезные потери китайским вооруженным силам столкновения на о. Даманском прекратились. На ноты протеста и Заявление советского правительства руководство КНР отвечало в обычном стиле, что СССР должен признать неравноправный характер договоров, определяющих границу между СССР и КНР и, называли СССР агрессором "посягнувшим" на китайскую территорию. Участники боев с китайской стороны на родине рассматривались как герои.
Следует отметить, что формально китайская сторона имела веские основания претендовать на о. Даманский (Чжэньбаодао) и ряд других островов, т.к. они находились по китайскую сторону главного фарватера, который, согласно нормам международного права, принимается за линию границы на пограничных реках. Однако китайской стороне было известно, что этот и другие острова много лет находятся под юрисдикцией СССР. Известно китайской стороне было и то, что Советский Союз, в принципе, не возражает против передачи этих островов Китаю. Как показали дальнейшие переговоры, вопрос о принадлежности островов был решаем, а в условиях противостояния действия КНР в отношение этих островов были направлены на обострение ситуации и могут рассматриваться как провокационные, что свидетельствует о том, что инициатором кровопролития явилась китайская сторона.
Относительно событий на о. Даманский существует версия, что они были намеренно спровоцированы китайскими вооруженными силами по предписанию Линь Бяо, для того чтобы укрепить его позиции на 1Х съезде и повысить роль НОАК в китайской политике.
29 марта советское правительство сделало заявление, выдержанное в жестком тоне, в котором предлагало возобновить переговоры, начатые в 1964 г. В данном документе руководству КНР предлагалось воздерживаться от действий на границе, могущих вызвать осложнения, решать возникшие разногласия в спокойной обстановке. В заключение отмечалось, что "попытки поговорить с Советским Союзом, с советским народом языком оружия, встретят твердый отпор". На IХ съезде КПК в своем выступлении маршал Линь Бяо говорил, что предложения советского правительства от 29 марта будут рассмотрены и на них будет дан ответ. Вместе с тем, говорилось, что "Наша партия и правительство (КПК) всегда выступали и выступают за разрешение этих вопросов через дипломатические каналы путем переговоров, с тем, чтобы разрешить их на справедливых и рациональных началах". 11 апреля МИД СССР вновь направил МИД КНР ноту, в которой было предложено возобновить консультации между полномочными представителями правительств КНР и СССР "в … самое ближайшее время". Ответ был получен в мае 1969 г. В нем вновь содержались утверждения о том, что о. Даманский (Чжэньбао дао) является китайской территорией, а инциденты на Уссури были преднамеренно спровоцированы советской стороной. При этом подтверждалось, что КНР выступает против применения военной силы, а о месте и дате переговоров предлагалось договориться по средствам дипломатических каналов. Эти советские и китайские заявления свидетельствовали, что обе стороны пытались выставить себя в роли жертв агрессии и снять с себя ответственность за кровопролитие.
При формальной готовности возобновить переговорный процесс и снизить уровень напряженности, инциденты на границы не прекращались до конца лета 1969 г., а выступления на партийных заседаниях и в прессе обеих стран звучали все жестче. За июль и первую половину августа произошло более 488 случаев нарушения границы и вооруженных инцидентов с участием 2,5 тыс. китайских граждан. 8 июля китайские пограничники атаковали советских речников на о. Гольдинский. 13 августа в Казахской ССР в Семипалатинской области в районе озера Жаланашколь произошел крупнейший после мартовских событий вооруженный инцидент с жертвами с обеих сторон. Только после этого сторонам удалось договориться о встрече на достаточно высоком уровне.
11 сентября 1969 г. КНР посетил глава советского правительства Косыгин А.Н., встретившись с премьером Госсовета КНР Чжоу Эньлаем. Результатом "встречи в аэропорту" стала договоренность о дальнейшем ведении переговоров о границе, начиная с 19 октября 1969г., а также об осуществлении ряда мер с целью нормализации обстановки на границе. В ходе беседы, продолжавшейся 3,5 часа, были также обсуждены вопросы об обмене послами (вместо временных поверенных в делах), об активизации торговых отношений и о нормализации межгосударственных отношений.
Главы правительств также пришли к согласию, что во время переговоров следует исключить всякую угрозу применения силы.
В результате советским пограничникам было дано указание охранять границы на реках до середины фарватера. Им также вменялось поддерживать нормальные отношения с пограничными войсками и властями КНР; рассматривать все пограничные вопросы путем консультаций в духе доброжелательности и учитывая взаимные интересы населения пограничных районов обеих стран в области хозяйственной деятельности.
Несмотря на то, что обстановка на границе стабилизировалась, существенного прогресса в отношениях между двумя государствами достигнуто не было, а вопросы пограничного урегулирования так и остались открытыми.

В 1953-1956 гг. отношения между СССР и Китаем развивались по нарастающей, ни до ни после этого они никогда не были столь плодотворными. Поэтому не случайно эти годы вошли в историю как эпоха "великой дружбы". Обе стороны были заинтересованы в сотрудничестве. Если советское руководство интересовала поддержка Мао Цзедуна в международном коммунистическом движении, то китайскую сторону - экономическая помощь и уступки СССР в спорных вопросах. Так, 23 марта 1953 г. было подписано крайне выгодное для Китая торговое соглашение, советские специалисты оказывали помощь в сооружении около 150 промышленных объектов. В 1954 г. в ходе визита в Пекин Хрущева, Булганина и Микояна Китаю были выделены крупные кредиты, достигнута договоренность о ликвидации советских военно-морских баз в Порт-Артуре и Дайрене, в пользу китайской стороны СССР отказывался от своих экономических интересов в Манчжурии и пр.

До ХХ съезда Китай был привилегированным союзником СССР как на государственном, так и на партийном уровне, что дало возможность расширить влияние в Азии и на страны "третьего мира", способствовать прекращению Корейской войны и заключению соглашения по Индокитаю. Проблемы стали нарастать как снежный ком по мере усиления критики "культа личности" Сталина, которая встретила откровенное непонимание китайского руководства, стремившегося вести все более активную политику внутри коммунистического движения. Китайскую позицию, по мере усугубления ситуации, поддерживали в Албании, КНДР и отчасти в Румынии. Вторым камнем преткновения в советско-китайском конфликте стала политика мирного сосуществования, шедшая вразрез с классовыми представлениями китайского лидера. Мао Цзедун выступил на конференции коммунистических и рабочих партий 1957 г. с оценкой третьей мировой войны в контексте победы над империализмом. Он сказал, что третьей мировой войны не стоит бояться, поскольку в результате ее настанет конец империализму, а социализм приобретет сотни миллионов новых сторонников. Однако советское руководство оставило этот "пробный шар" без внимания. Хрущев продолжал пропагандировать мирное сосуществование. И чем активнее он это делал, тем напряженнее становились отношения с Китаем. Противоречия переросли в острейший кризис, когда осенью 1959 г. Хрущев занял нейтральную позицию во время китайско-индийского пограничного конфликта, выразив сожаление по поводу противоречий между двумя дружественными Советскому Союзу странами. С точки зрения китайского руководства, одинаковое отношение Москвы к социалистическому Китаю и буржуазной Индии означало отказ КПСС от принципа пролетарского интернационализма. После этого в Китае была развернута шумная кампания под флагом борьбы с "советским ревизионизмом", который обвинялся во всех "смертных грехах": отступлении от марксизма-ленинизма во внешнеполитическом курсе, предательстве международной пролетарской солидарности и т.п. Хрущев понял, что на поддержку и авторитет Мао Цзедуна ему больше не приходится рассчитывать. Ответным шагом Москвы стали резкие меры: летом 1960 г. все советские специалисты из Китая были отозваны, сокращены поставки Китаю в рамках подписанных ранее соглашений. Окончательную точку в конфликте ставило требование Москвы о возвращении всех кредитов, предоставленных начиная с 1950 г.

СССР и страны "третьего мира"

В принципе в конфликте с Китаем Москва стояла перед выбором между ортодоксальным коммунизмом и более широким взглядом на возможных союзников в лице стран "третьего мира" . В ситуации противостояния с США вовлечение стран "третьего мира" в орбиту своего влияния было для Советского Союза единственной возможностью удержать баланс сил. Отказ от поддержки национально-освободительного движения, в первую очередь в материальном отношении, автоматически означал усиление позиций США.Под эту геополитическую ситуацию было подведено теоретическое обоснование на ХХ съезде КПСС, когда национально-освободительное движение, наряду с мировой системой социализма и мировым коммунистическим и рабочим движением, было названо одной из трех ведущих сил революционного процесса в планетарном масштабе.

"Третья ведущая сила" поддерживалась Советским Союзом по всем направлениям: проводилась твердая антиколониальная внешнеполитическая линия и поддержка молодых независимых государств, осуществлялись колоссальные вливания в создание независимых национальных экономик, оказывалась военная поддержка и поставки вооружения. Основным рычагом влияния на "третий мир" была экономическая помощь. За 1957-1964 гг. было заключено более 20 соглашений о сотрудничестве с развивающимися странами.

Каждое новое "прибавление" в сообществе стран "третьего мира" становилось козырем советской пропаганды, доказательством "поступательного движения к социализму и коммунизму". Чем больше модель развития была похожа на советскую, тем более "праведным", с точки зрения марксизма-ленинизма, признавался новый режим и тем большую радость вызывало это событие "у всех советских людей".

Американцы, вспоминая Карибский кризис, называют его самым опасным моментом в холодной войне, когда мир стоял на грани катастрофы. Несмотря на некоторые напряженные моменты, Вашингтон и Москва сумели разрешить этот кризис, но только после гибели летчика американских ВВС майора Рудольфа Андерсона-младшего (Rudolph Anderson Jr).

Семь лет спустя, в марте 1969 года подразделение солдат из Народно-освободительной армии Китая (НОАК) напало на советскую погранзаставу на острове Даманский, убив десятки и ранив еще большее количество пограничников. Из-за этого инцидента Россия и Китай оказались на грани войны, которая могла привести к применению ядерного оружия. Но после продлившихся две недели столкновений конфликт утих.

Что если бы непродолжительный конфликт 1969 года между Китаем и Советским Союзом перерос в войну?

История

Инцидент на острове Даманский, где была устроена засада и произошли основные боевые действия, стал низшей точкой в советско-китайских отношениях. Еще за десять лет до этого Пекин и Москва стояли плечом к плечу как главный оплот коммунистического мира. Но борьба по вопросам идеологии, лидерства и ресурсов привела к резкому разрыву между союзниками, и это имело глобальные последствия. Раскол усилил территориальные споры, существовавшие еще с царских времен. Вдоль длинной, слабо обозначенной границы было множество серых зон, на обладание которыми претендовали как Китай, так и СССР.

Контекст

Американцам пора понять: Китай - это не СССР

Почему Китай не станет следующим СССР?

Если Китай распадется, как СССР

Сразу после этого конфликта СССР и Китай начали подготовку к войне. Красная Армия перебросила свои силы и средства на Дальний Восток, а НОАК провела полную мобилизацию. В 1969 году Советы имели огромное техническое превосходство над Китаем. Но Пекин создал самую большую армию в мире, и значительная ее часть была сосредоточена недалеко от советско-китайской границы. В отличие от нее, Красная Армия сконцентрировала основную часть своих сил и средств в Восточной Европе, где они могли готовиться к конфликту с НАТО. Следовательно, в момент столкновения китайцы вполне могли обладать превосходством в обычных силах вдоль большей части границы.

Однако китайское превосходство в живой силе отнюдь не означало, что НОАК сможет провести длительное вторжение на территорию СССР. У китайцев не было тылового обеспечения и авиации, чтобы захватить и удержать большие участки советской территории. Более того, протяженная советско-китайская граница давала Советам массу возможностей для ответных действий. Поскольку наступление НАТО было маловероятно, Советы могли перебросить из Европы на восток значительные силы и средства, чтобы атаковать Синьцзян и прочие приграничные территории.

Самым важным направлением возможного удара была Маньчжурия, где Красная Армия в конце Второй мировой войны провела сокрушительное и молниеносное наступление. Несмотря на большой численный перевес, у НОАК в 1969 году надежд остановить такое наступление было ничуть не больше, чем у Квантунской армии в 1945-м. А потеря Маньчжурии стала бы колоссальным ударом по экономической мощи Китая и по его политической легитимности. В любом случае советская авиация очень быстро вывела бы из строя китайские ВВС и подвергла мощным воздушным ударам города, центры связи и военные базы на территории Китая.

Захватив в 1945 году Маньчжурию, Советы разграбили японскую промышленность и ушли. Такой же сценарий они могли разыграть и в 1969 году, но лишь в том случае, если бы китайское руководство посмотрело в глаза реальности. Поскольку перегибы «культурной революции» остались в очень недалеком прошлом, а соперничающие фракции по-прежнему состязались в идеологическом радикализме, Москве было бы трудно найти конструктивного партнера для проведения мирных переговоров. Советское наступление в случае его развития было бы очень похоже на наступление японских войск в 1937 году, правда, без превосходства на море, каким обладал имперский флот Японии. В предвидении таких ударов НОАК могла уйти во внутренние районы, оставляя после себя выжженную землю.

Ядерное оружие?

Китай испытал свой первый ядерный заряд в 1964 году, что теоретически давало Пекину средства ядерного сдерживания. Однако системы доставки таких зарядов к цели оставляли желать лучшего. Ракеты на жидком топливе не внушали особого доверия по показателями надежности, на их подготовку требовалось несколько часов, а находиться на стартовой площадке они могли строго ограниченное время. Более того, в то время китайские ракеты обладали недостаточной дальностью пуска, чтобы нанести удар по ключевым советским объектам, находившимся в европейской части России. Китайская бомбардировочная авиация, представленная немногочисленными Ту-4 (советская копия американского В-29) и Н-6 (копия советского Ту-16), не имела больших шансов преодолеть современную систему ПВО Советского Союза.

Советы, со своей стороны, были близки к достижению ядерного паритета с США. У СССР был современный и передовой арсенал оперативно-тактического и стратегического ядерного оружия, способный с легкостью уничтожить китайские силы ядерного сдерживания, войсковые соединения и крупные города. Чутко прислушиваясь к мировому общественному мнению, советское руководство не решилось бы начать полномасштабное ядерное нападение на Китай (американская и китайская пропаганда в таком случае порезвилась бы вовсю). Но ограниченные удары по китайским ядерным объектам, а также удары тактическим оружием по развернутым порядкам китайских войск могли показаться вполне разумными и целесообразными. Многое зависело бы от того, как китайцы отреагируют на поражения на поле боя. Если бы китайское руководство решило действовать по принципу «пан или пропал», и применить свои ядерные силы, дабы упредить решительные и победоносные действия Советов, оно вполне могло получить упреждающий удар со стороны Советов. А поскольку Москва считала Китай абсолютно невменяемым, она вполне могла принять решение об уничтожении китайских ядерных сил до того, как они создадут ей проблемы.

Реакция США

Соединенные Штаты отреагировали на эти столкновения с осторожностью и опаской. Пограничный конфликт убедил Вашингтон в том, что советско-китайский раскол остается в силе. Однако официальные лица по-разному оценивали вероятность более масштабного конфликта и его последствия. Советы по различным официальным и неофициальным каналам пытались выяснить отношение США к Китаю. Предположительно, Соединенные Штаты в 1969 году отрицательно отнеслись к советскому зондированию в попытке предложить совместное нанесение ударов по китайским ядерным объектам. Но даже если бы Вашингтон не захотел сжечь Китай в ядерном пламени, он вряд ли пошел бы на какие-то серьезные действия для защиты Пекина от гнева Москвы.

За 10 лет до этого Дуайт Эйзенхауэр изложил самые большие препятствия в войне Советского Союза против Китая: что делать после победы. У Советов не было ни возможностей, ни желания править еще одной территорией размеров с континент, особенно когда там может возникнуть массовое сопротивление недовольного населения. А Соединенные Штаты, обхаживавшие «законное» правительство на Формозе (Тайвань), с радостью поддержали бы различные силы сопротивления советской оккупации. Если бы Пекин пережил войну, Соединенные Штаты вполне могли «спустить с поводка Чан Кайши» в попытке отнять у континентального Китая часть его территорий и поставить их под власть Запада.

Наиболее вероятным исходом такой войны мог стать кратковременный успех Китая, после чего СССР нанес бы по нему быстрый и сокрушительный ответный удар. Пекин в таком случае попал бы в еще более прочные объятия США, и возможно, именно по этой причине Советы решили не рисковать.

Роберт Фарли часто публикует статьи в The National Interest. Он автор книги The Battleship Book. Фарли преподает в Паттерсоновской школе дипломатии и международной торговли (Patterson School of Diplomacy and International Commerce) при Университете Кентукки. Его сфера специализации включает военную доктрину, национальную безопасность и морские дела.

В представленной работе, я решил разобрать возможный конфликт между СССР и КНР который произошел по чистой случайности, и был подогрет успешным бегством маршала. Обе стороны хотели лишь показать свою силу и продемонстрировать амбиции. Я совместил неудачную попытку покушения на и бегство маршала перед началом боевых действий на острове Даманском. Я рассматриваю варианты ведения войны от КНР.

Покушение на МАО Покушение на Мао Цзэдуна предусматривало множество вариантов ликвидации китайского лидера от окружения дворца резиденции руководства КНР Чжуннаньхай до применения ядовитых газов, биологического оружия, бомб, организации убийства и похищения. В конце концов решили взорвать поезд, в котором должен был ехать Мао. Но в стане заговорщиков нашлась «героическая личность» дочь министра обороны Линь Доудоу. Позже за «верность партии» она поплатилась жизнью, но тогда она сообщила компетентным органам о надвигающейся беде. В итоге все планы контрреволюционеров стали известны Чжоу Эньлаю. Он изменил план поездки председателя КПК, и Мао прибыл в намеченное место раньше выбранного для взрыва времени. Узнав о провале путча, маршал Линь Бяо и его супруга Е Цюнь, которые в тот момент отдыхали на курорте Бэйдайхэ, стали готовиться к бегству. Линь Бяо вспомнил о принадлежавшем ему по должности реактивном лайнере «Трайдент» британского производства, который за пару лет до этого ВВС КНР приобрели у пакистанской международной авиакомпании PIA. Надо сказать в Кремле не очень обрадовались появлению маршала. Он считался относительно лояльным СССР и вызывал в кремле надежду на то что после смерти Мао он займет его место и ситуация с Китаем нормализуется. Высшее руководство СССР не стало лично встречаться с маршалом, но ознакомилось с протоколами бесед. В них Линь Бяо рассказывал о агрессивных планах Мао о тяжелой ситуации в Китае во время культурной революции о 20 миллионах умерших с голода, о намечавшимся сближением с США и возможность размещения военных баз США на территории Китая. Линь Бяо уверял руководство СССР что китайская армия хоть и многочисленна но не готова к серьезным боевым действиям. И Мао постарается проверить лояльность генералитета в военном конфликте с СССР. Серьезно относиться к таким заявления было трудно, но игнорировать их тоже не стоило, ситуация на границе складывалась напряженная и отношения с Китаем ухудшались с каждым часом. И бегство Линь Бяо не способствовало нормализации отношений.

Советские войска используя преимущество в воздухе и за счет интенсивных ударов артиллерии смогли оттеснить войска НОАК и углубиться на вражескую территорию. Но сил для дальнейшего наступления нахватало и дальше начинались горные массивы Большого и Малого Хингана где по данным разведки были оборудованы серьезные оборонительные сооружения. Часть этих сооружений еще осталось от Квантунской армии Мы базировались на Большом Хинганском хребте. Мы решили отвести большинство своих частей за горный хребет, чтобы они не были столь уязвимы. Сообщалось, что против нас размещено 25 советских мотострелковых дивизий имеющих около 250 000 человек с авиационной поддержкой, и нас просили задержать их вторжение хотя бы на 24 часа, до подхода подкреплений из 23-й полевой армии с Дацинских газовых месторождений. В нашем распоряжении было всего 12 000 человек да еще сеть подземных туннелей и укреплений, выстроенных за последние 20 лет. По слухам, командование не было уверено в нашей способности сдержать на 24 часа советское вторжение в случае трехмерной атаки (авиации, танков и пехоты). Потому мы помогали тренировать гражданских лиц тактике партизанской войны и использованию взрывчатки и бомб с часовым механизмом в случае вторжения и оккупации.Из воспоминаний китайского солдата.Атаковать с ходу численно превосходящего противника, занимавшим укрепленные позиции, было безумием и советские войска остановились. Ограничившись ударами авиации по транспортным узлам, и аэродромам противника. Сверху поступило распоряжение промышленные объекты пока не трогать. Спешно грузились эшелоны с войсками и техникой, в кремле рассматривался вопрос о призыве резервистов. Оказалось что сил для войны на Дальнем востоке катастрофически мало. Советские войска понесли потери, китайские гранатометчики поражали советские танки, БТР были уязвимы для пулеметов калибром 7,62 и ДШК. Китайцы хоть и отступали но некоторые подразделения оказали упорное, фанатичное сопротивление. Руководство СССР решило еще раз попробовать решит проблему мирным путем. Но Мао Цзэдун воспринял эти попытки как признак слабости и выставил неприемлемые условия для начала переговоров. Руководство СССР не могло пойти на выполнение этих условий. Война продолжалась.

Немного о ситуации в приграничных областях Китая.«Начиная с 1955 г., китайское руководство начинает уделять повышенное внимание тем районам страны, где советское влияние было достаточно велико Северная Маньчжурия, Внутренняя Монголия и Синьцзян. Эти области становятся объектом массовой миграции населения ханьской национальности (собственно китайцы), почти 100 тыс. демобилизованных солдат Народно-освободительной армии Китая (НОАК) расселяются вдоль берегов Амура, Уссури и в Синьцзяне. Политика ассимиляции привела к тому, что в 1958 г., после объявления Мао Цзэдуном «большого скачка», в Синь-цзяне вспыхнуло антикитайское восстание мусульманских народов. Ответом было проведение, по решению Центрального Комитета Коммунистической партии языковой реформы (все языки, кроме китайского, были переведены с кириллицы на латинский алфавит) и закрытия советско-китайской границы, что ударило в первую очередь по кочевавшим на горных пастбищах СССР и КНР скотоводческим народностям. Все это, вместе с неразумной национальной политикой КПК, привело к тому, что весной 1962 г. около 62 тыс. казахов и уйгуров, вместе с частями 5-го Синьцзянскогоармейского корпуса, перешли границу СССР и расселились в Казахстане. Данное событие еще больше осложнило советско-китайские отношения, и так уже не отличавшиеся теплотой. Резкая критика со стороны «великого кормчего»1 решений XX съезда КПСС, на котором Хрущев выступил с критикой культа личности Сталина, привела к приостановке проекта предоставления Китаю технологии производства ядерного оружия. Последней каплей, приведшей к окончательному расколу между КПК и КПСС, становится критика председателем Мао решения Советского Союза о выводе ядерного оружия с территории Кубы в ходе Карибского кризиса 1962 г. Мао Цзэдун заявил, что Хрущев капитулировал перед ядерным шантажом США. С этого момента начинается настоящая война в средствах массовой информации. Правительство КНР официально заявляет, о признании недействительными всех договоров с Российской империей, т. к. они были заключены в ущерб интересам Китая. Начавшаяся в 1965 г. в Китае «культурная революция» окончательно похоронила надежды на нормализацию отношений с СССР на данном этапе. Пекин объявляет войну «контрреволюционному местному национализму» и еще более ужесточает политику китаизации населения Синьцзяна. В итоге только в 1966 г. в Советский Союз уходят почти 200 тыс. этнических казахов и уйгуров». СССР вполне могло рассчитывать на поддержку местного населения по крайне мере в Сицзян Уйгурском автономном округе.После внезапно вспыхнувших боевых действий в марте. Командование НОАК, увидев, что советские войска не собираются наступать дальше решило разработать план контр наступления, основываясь на опыте Корейской войны (в Корейской войне НОАК тоже действовало в условиях превосходства противника в технике) и выбрать место и время для нанесения удара. Кроме того армейское руководство хотело реабилитироваться в глазах Мао и продемонстрировать что может НОАК. Было принято решение нанести удар по Монголии и отодвинуть границу от Пекина. Предлагалось наступать широким фронтом из Эрен-Хото на Замын-Ууде, Эреденэ и Сайнашанд. Представленный план понравился Мао Цзэдуну этим наступлением он хотел продемонстрировать, что армия НОАК сильна, что соседи Китая подумали, пережди чем занимать чью либо сторону. Наступать на советские войска в районе Амура и Аргуне, было признано не цели сообразным, но и оставлять их в покое тоже нельзя. На этом участке фронта было приятно решение морально измотать противника. Ложные атаки, артиллерийские обстрелы, мелкие стычки. Не прекращающиеся боевые действия. Война 24 часа в сутки. В Синьцзян Уйгурском автономном округе было принято решение развернуть дополнительные воинские формирования и провести операцию по выявлению возможных сторонников СССР.

Все это предполагалось осуществить за счет численного превосходства армии НОАК. Также были созданы специальные маневренные группы, вооруженные гранатометами, безоткатными орудиями, пулеметами и 60 мм минометами и средствами связи. Целью этих подразделений была борьба с советскими танковыми группами, прорвавшими оборону китайских войск. Из-за отсутствия достаточного количества техники, большая часть подразделений была посажена на велосипеды, а для действий в горной местности выделили вьючных лошадей.

Военное и политическое руководство страны, опиралось на ранние и принятую к действию доктрину "народная война в современных условиях". В ней, с обычной для коммунистического Китая долей маоистской идеологии, были определены стратегические и тактические планы действий НОАК в условиях обычной и ядерной войны. Доктрина предусматривала разработанную Мао Цзэдуном концепцию активной защиты создание, в случае нападения, армией Китая стратегической обороны с одновременным нанесением тактических ударов. Подобная концепция, по мнению Мао Цзэдуна, должна была обеспечить разгром армии СССР прежде чем она достигнет внутренних районов Китая. Доктрина предусматривала создание приграничной глубоко эшелонированной линии обороны, прикрывающей Северные и Северо-Восточные индустриальные провинции. Роль "народной войны" (по сути партизанских действий) была уменьшена, ведение позиционных приграничных боев потребовало создание новой военной структуры, модернизации вооружений, которые продолжаются по наши дни. "Народная война в современных условиях"
Для наступления на Монголию было развернуто строительство дорог для переброски войск и припасов. Советские ВВС завоевали господство в небе, но полностью уничтожить ВВС НОАК не удалось многие китайские аэродромы были оборудованы капонирами в которых осуществлялось хренине и обслуживание самолетов. Для успешной деятельности авиации, НОАК приняло решение развернуть большое число аэродромов подскока и отказаться от аэродромной системы размещения самолетов. Вместо этого было принято решение о рассредоточение самолетов в прифронтовой полосе, самолеты должны были взлетать с дорог или с грунта, ровная пустынная местность позволяла это.